Он резко проснулся. Сердце стучало как сумасшедшее, он весь вспотел и задыхался. Сон был страшный. Ему снилось что Запад пришел в его страну. Повсюду ходили либералы, голубые, розовые и вообще ни пойми кто, все обнимались друг с другом и оскверняли такие дорогие ему скрепы тем, что фотографировались на их фоне, целовались на их ступенях и делали это с отвратительно счастливыми лицами. Он проснулся в тот момент, когда кто-то с густой черной бородой, но в платье и в туфлях на высоком каблуке озабоченно спросил у него все ли с ним в порядке… Задыхаясь и в холодном поту он резко открыл глаза и когда через пару секунд понял что это сон, с невероятным облегчением откинулся на подушку. Западный ветерок сквозь приоткрытое окно приятно освежал и он почувствовал как на душе отлегло. Он еще полежал некоторое время на Западной шелковой простыне под таким уютным Западным одеялом. Но пора было вставать, ибо дел было много. Он посмотрел на свой Западный телефон, быстро пролистал Западные соцсети и понял, что пока он спал Запад этого как раз не делал, а все строил козни и планировал подлянки. Он умылся Западным шампунем и мылом, почистил зубы Западной щеткой, побрился Западной бритвой и одеваясь в Западный деловой костюм поспешил на свою Западную кухню выпить Западного кофе. Кофе пах потрясающе и его бодрящий вкус и аромат придавали ему энергии и бодрости в его таком непростом деле борьбы с Западом и всеми этими его «ценностями». Работы было много, Запад был коварен и не гнушался ничем – даже, например, тем, что пытался захватить его душу чтобы тут же продать ее дьяволу. Он допил кофе, закурил Западную сигарету и сделав три пшика своим любимым Западным одеколоном поспешил на работу. Западные часы на его руке напоминали о том что надо спешить и быстро одев Западные туфли в тон к Западным носкам и Западной рубашке, он быстро спустился к машине. Он очень любил свою Западную машину. Кто-то однажды сказал что надо бы пересесть на Восточную но он возразил на это тем, что для того чтобы успешно бороться с Западом нужна именно Западная машина. О чем он действительно тогда подумал никто так и не узнал. Он не имел права признаваться даже самому себе в том, что есть другие (да только они и есть) причины пользоваться именно Западной машиной. Такие мысли сбивали его с толку, преследовали по ночам и мешали сосредоточиться на работе. Он даже как-то пошел к духовнику и тот его успокоил сказав, что все это Западные психотехнологи лезут ему в голову пытаясь завербовать. Ему сразу стало легко и воспряв святым Духом он понял, что то, что он делает не просто работа – это его священный долг. Перед такими же одурманенными и подвергающимися воздействию Запада простыми и не очень гражданами его пока еще свободной, но окруженной врагами страны. Правда тогда случился один неприятный момент: когда он выходил из храма, духовник посоветовал в моменты сомнений и тревоги обращаться прямо к нему в любое время и достав Западный телефон самой последней модели продиктовал ему свой номер. За воротами храма стояла новенькая Западная машина с полным приводом какую даже он не мог себе позволить. Искушают, подумал он и сжав зубы поехал на работу. Приехав уже затемно домой он чувствовал себя плохо. Целый день приходилось сидеть перед экраном этого Западного компьютера и подписывая Западной ручкой многочисленные распоряжения по борьбе с Западной пропагандой он понимал что борется с ветряными мельницами. Складывалось такое ощущение что все его коллеги делали свою работу без должного энтузиазма и патриотизма и что влияние Запада их беспокоило не так как его. Они просто делали то, за что им хорошо платили, а потом покупали Западные шмотки, пили Западное виски и летали Западными самолетами на Западные курорты. Дети многих из них учились в Западных университетах, предпочитая слушать Западную музыку, читать Западных авторов и даже переписываясь в Западных мессенджерах они часто прибегали к Западному языку. Кто-то покупал там недвижимость на случай… Ну наверное для того чтобы быть поближе к врагу и бороться с ним на его же территории. Он был не таким но и он понимал что бороться становиться все труднее. Где-то в глубине души он чувствовал что силы его не безграничны и однажды он может стать таким же как и они… Он налил себе Западного бренди, включил Западный телевизор где показывали все ужасы творимые Западом на Западе, Востоке и даже на Марсе, сел на свой Западный кожаный диван и принял твердое решение: Запад должен за все ответить...
